ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Гостиная в доме Торцова. У задней стены диван, перед диваном круглый стол и шесть кресел, по три на стороне; в левом углу дверь; на стенах по зеркалу и под ними маленькие столики; в боковых стенах по двери и дверь на задней в углу. На сцене темно; из левой двери свет.
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Любовь Гордеевна и Анна Ивановна входят из двери освещенной.
Анна Ивановна . Что ж это они не идут, соколы-то наши?… Не сходить ли за ними?
Любовь Гордеевна . Нет, не надо. А то, пожалуй, сходи. (Обнимает ее.) Сходи-ка, Аннушка.
Анна Ивановна . Что, видно, защемило сердечко-то?
Любовь Гордеевна . Ах, Аннушка, как я его люблю-то, кабы ты знала!…
Анна Ивановна . А ты, девка, люби, да ума не теряй. Не давай повадки, чтоб не было оглядки. Посмотри прежде хорошенько, каков парень-то.
Любовь Гордеевна . Парень-то хороший… Больно уж он мне по сердцу, такой тихий да сиротливый.
Анна Ивановна . Ну, а коли хорош, так люби, тебе ближе знать. Я ведь так говорю, к примеру. Мало ли нашей сестры от них плачутся. Долго ль до греха, не спросившись-то ума-разума.
Любовь Гордеевна . Что наша любовь? Как былинка в поле: не расцветет путем, да и поблекнет.
Анна Ивановна . Постой-ка, девушка, никак кто-то идет. Не он ли? Я пойду, а ты подожди, может, это и он… Потолкуете по душе. (Уходит.)
Входит Митя.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Любовь Гордеевна и Митя.
Любовь Гордеевна . Кто там?
Митя . Я-с, Митя.
Любовь Гордеевна . Что ж ты так долго не шел?
Митя . Меня задержали-с. (Подходит.) Любовь Гордеевна, вы одне-с?
Любовь Гордеевна . Одна. А что?
Митя . Любовь Гордеевна, как прикажете понимать вашу записку, в правду или в шутку-с?
Любовь Гордеевна молчит.
Скажите, Любовь Гордеевна! Я теперича нахожусь в таком сумнении, что не могу этого вам выразить. Положение мое в вашем доме вам известно-с: от всякого зависим, от Гордея Карпыча я, можно сказать, пренебрежен совсем; у меня только и было одно чувство что к вам-с: если же от вас я буду принят в насмешку, значит, лучше мне не жить на свете-с. Это вы поверьте душе моей. Я вам истину говорю-с.
Любовь Гордеевна . Нет, Митенька, я тебе в правду написала, а не в шутку. А ты меня любишь?
Митя . Конечно, Любовь Гордеевна, я не умею вам всего выразить, что чувствую; но хоша позвольте тем заверить. что я имею у себя сердце, а не камень. Вы можете мою любовь видеть из всего-с.
Любовь Гордеевна . А я думала, что ты любишь Анну Ивановну.
Митя . Это неправда-с.
Любовь Гордеевна . Право, мне так сказывали.
Митя . Если б это было правда, значит, что же я за человек после этого! Могу ли я выразить словами то, чего сердце не чувствует! А я считаю так, что это бесчестно. Я и того, может быть, не стою, что вы ко мне внимание имеете, а не то что вас обмануть.
Любовь Гордеевна . Вам нельзя верить: все мужчины на свете обманщики.
Митя . Пущай же их обманщики, но только не я.
Любовь Гордеевна . Почем знать! Может быть, и ты обманываешь, хочешь насмешку надо мной сделать.
Митя . Легче бы мне, кажется, умереть на этом месте, чем слышать от вас такие слова! (Отворачивается.)
Любовь Гордеевна . Нет, Митя, я нарочно. Я знаю, что ты меня любишь; мне только так хотелось пошутить с тобой.
Митя молчит.
Митенька, Митя… Что ж ты молчишь? Ты рассердился на меня? Я ведь говорю тебе, что шучу. Митя! Да ну же, скажи что-нибудь. (Берет его за руку.)
Митя . Эх, Любовь Гордеевна, не шутки у меня на уме! Не такой я человек.
Любовь Гордеевна . Да не сердись.
Митя . Ты, коли любишь, эти шутки брось! Не к месту они. Эх, пропадай моя голова! (Обнимает ее.) Разве силой возьмут, волей не отдам. Я за тебя, Люба, душу положу!
Любовь Гордеевна (прижимаясь к нему). Митенька, как же нам быть-то теперь?
Митя . Как быть? Не на то уж мы слюбились, чтоб расставаться.
Любовь Гордеевна . А ну, как да меня сговорят за кого-нибудь?
Митя . А вот что, Люба: одно слово – надоть идти завтра к Гордею Карпычу нам вместе, да в ноги ему. Так и так, мол, на все ваша воля, а нам друг без друга не жить Да уж коль любишь друга, так забудь гордость!
Любовь Гордеевна . Какая гордость, Митенька! До гордости ли теперь! Ты, Митенька, не сердись на меня, не попомни моих прежних слов: это только девичья глупость была одна, я винюсь перед тобой! Не шутки с тобой шутить, а приласкать бы мне тебя, бедного, надо было. (Прилегает к нему на грудь.) А ну как тятенька да не захочет нашего счастия, что тогда?
Митя . Что загадывать вперед, там как Бог даст. Не знаю, как тебе, а мне без тебя жизнь не в жизнь!
Молчание.
Любовь Гордеевна . Идет кто-то!… Ступай, голубчик, потихоньку, а я после приду.
Митя тихо уходит; Арина входит со свечой; Любовь Гордеевна идет к ней навстречу.
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
Арина, Любовь Гордеевна и потом Егорушка.
Арина . Ну тебя! Перепугала совсем. Что ты тут делаешь? Маменька там ищет тебя, а ты вот где. Чтой-то в потемках-то бродишь! Ишь ты, скромница, несмеяна царевна.
Любовь Гордеевна уходит.
Уж и в самом деле не было ль тут кого с ней. (Смотрит по углам.) И я-то, дура, на кого подумала! (Зажигает свечи.) Ведь ишь ты, грех-то какой придет на старости лет.
Егорушка входит.
Поди, Егорушка, позови соседних девушек. Скажи, мол, Пелагея Егоровна приказала звать песни петь.
Егорушка . Ой! Что ты, Аринушка, матушка! (Пляшет.)
Арина . Чему ж ты рад-то, глупый!
Егорушка . Еще б не радоваться, этакое веселье! Ай, ай, ай!… (Прыгает.)
Арина . Еще, может, ряженые будут; молодцы нарядиться хотели.
Егорушка . Ай, умру! Батюшки, умру!
Арина . Да что ты, постреленок?
Егорушка . Да со смеху умру; смешлив я больно, бабушка!
Арина . А ты сам нарядись.
Егорушка . Наряжусь, наряжусь! Ай, батюшки, ай, ай, ай!
Арина . Да ты беги поскорей за девками-то.
Егорушка . В секунт! (Уходит.)
Входит Пелагея Егоровна.
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Арина и Пелагея Егоровна.
Пелагея Егоровна . Аринушка, послала ты за девушками-то?
Арина . Послала, матушка.
Пелагея Егоровна . То-то. Пусть попоют с нашими-то. Любушку с гостьями потешат. По тех пор и веселиться-то, пока молоды… да; известно, дело девичье, взаперти да взаперти, свету не видят… Ну, а теперь их праздник… да, уж пусть их, пусть их!
Арина . Что ж, матушка, что ж! Пускай их, что ж!
Пелагея Егоровна . Да мадерки, Аринушка, мадерки-то… постарше которым; ну, а молодым пряничков, конфеток, там что знаешь… да! Сама уж, сама уж догадайся. Да мадерки-то, Аринушка, не забудь.
Арина . Знаю, матушка, знаю! Уж всего будет довольно. Сейчас, матушка, сейчас!
Пелагея Егоровна . Да молодцам-то закусочки.
Арина . Все, все, матушка, будет. Уж ты не беспокойся, ты поди к гостям-то, а я уж все с удовольствием сделаю. (Уходит.)
Пелагея Егоровна (подойдя к двери). Девушки, молодцы, подите сюда, тут попросторней да посветлее.
Входят Любовь Гордеевна, Маша, Лиза, Анна Ивановна, Разлюляев, Митя, Гуслин и две гостьи: 1-я и 2-я.
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
Пелагея Егоровна, Любовь Гордеевна, Маша, Лиза, Анна Ивановна, Разлюляев, Митя, Гуслин и две гостьи-старухи: 1-я и 2-я.
Пелагея Егоровна (старухам). А мы вот здесь усядемся.
Садится на диван, старухи подле нее; Анна Ивановна и Гуслин садятся на стулья и говорят тихо; Митя стоит подле них; Маша, Любовь Гордеевна и Лиза ходят по зале, обнявшись; Разлюляев ходит за ними.
Поглядим на них, пусть их играют.
Лиза . Я говорю: представьте, маменька, он не имеет никакой политики в разговоре и даже такие слова говорит, что совсем неучтиво.
Разлюляев . Это не в наш ли огород?
Лиза . Не об вас речь; ваше дело сторона. (Продолжает.) Но за что же, маменька, я должна его любить… (Говорит шепотом.)
Пелагея Егоровна . Я, матушка, люблю по-старому, по-старому… да, по-нашему, по-русскому. Вот муж у меня не любит, что делать, характером такой вышел. А я люблю, я веселая… да… чтоб попотчевать, да чтоб мне песни пели… да, в родню в свою: у нас весь род веселый… песельники.
1-я гостья . Как я посмотрю, матушка Пелагея Егоровна, нет того веселья, как прежде, как мы-то были молоды.
2-я гостья . Нету, нету.
Пелагея Егоровна . Я молодая-то была первая затейница – и попеть, и поплясать – уж меня взять… да… что песен знала! Уж теперь таких и не поют.
1-я гостья . Нет, не поют, все новые пошли.
2-я гостья . Да, да, вспомянешь старину-то.
Пелагея Егоровна . Яшенька, спой-ка какую-нибудь песенку старенькую.
Гуслин берет гитару.
Разлюляев (девушкам). Стало быть, уж мне и не дожидаться; видно, от вас никакого толку не будет.
Лиза . Какого вам толку, я не понимаю.
Маша . Даже смешно слышать.
Разлюляев . Да, вам смешно, а мне-то каково? За что в самом деле, не любите?
Любовь Гордеевна . Сядемте.
Садятся.
Гуслин (поет).
За реченькой за быстрою
Четыре двора;
В этих ли во двориках
Четыре кумы.
Вы, кумушки, голубушки,
Подружки мои,
Кумитеся, любитеся,
Любите меня.
Пойдете вы в зеленый сад -
Возьмите меня;
Вы станете цветочки рвать -
Сорвите и мне;
Вы станете веночки плесть -
Сплетите и мне;
Пойдете на реченьку -
Возьмите меня;
Вы станете венки бросать -
Вы бросьте и мой.
Как все венки посверх воды,
А мой потонул;
Как все дружки домой пришли,
А мой не пришел.
Арина (входит с бутылками, стаканами и девушка с закусками). Вот, матушка, я принесла.
Пелагея Егоровна (девушке). Попотчуй барышень-то.
Девушка обносит девиц, ставит поднос на стол и уходит.
Арина, а вино-то ты дай сюда. Да налей, налей мадеры-то, мадеры-то… Повеселей будет. Что ж, ничего, выпьем. Нас не осудят – мы старухи, да… (Пьют.) Аннушка, поди выпей винца. Выпьешь, что ли?
Анна Ивановна . Вота, что ж не выпить! Говорят, без людей не пей, а при людях нужды нет. (Подходит к Пелагее Егоровне, пьет и разговаривает потихоньку.)
Арина . Молодцы, что ж вы осовели?
Митя . Я не пью-с.
Разлюляев . Можно! (Подходит с Гуслиным и пьет потом, ухватив Арину.) Ну-ка, тряхнем стариной! (Поет.)
Эх, тряхону ль я старину
Про Ерему, про Фому…
Арина . Отстань, озорник, изломал всю!
Разлюляев (поет).
Ах, вожжи во Калуге,
Хомут во Тарусе,
Сани с подрезами,
Едут они сами.
Девушки смеются.
Арина . Отвяжись, говорят!… Ну те совсем! (Уходит.)
Анна Ивановна . Да ты что старуху-то теребишь, давай со мной.
Разлюляев . Ну, давай! Играй, Яша!
Яша играет, они пляшут.
1-я гостья . Веселая бабочка-то.
Пелагея Егоровна . Веселая, веселая.
Разлюляев (топнув ногой). У нас вот как! (Перестает плясать.)
Егорушка (входит). Девушки пришли.
Пелагея Егоровна . Ну зови их.
Егорушка уходит; девушки входят; Арина приносит блюдо и покрывает.
Садитесь-ка, садитесь, да запойте подблюдные, я их очень люблю.
Любовь Гордеевна, Маша, Лиза и Анна Ивановна снимают кольца и кладут на блюдо; девушки запевают.
Сей, мати, мучицу,
Пеки пироги.
Слава!
К тебе будут гости,
Ко мне женихи.
Слава!
К тебе будут в лаптях,
Ко мне в сапогах.
Слава!
Кому спели -
Тому добро.
Слава!
Кому вынется -
Тому сбудется.
Слава!
Разлюляев засучивает рукава, вынимает кольцо, отдает Любови Гордеевне.
Пелагея Егоровна . Пора уж, пора.
Девушки (запевают).
Сидит воробей
На Беле-городе.
Слава!
На Беле-городе,
На высокой стене.
Слава!
Глядит воробей
На чужу сторону.
Слава!
Кому вынется -
Тому сбудется.
Слава!
Арина (входит). Ряженые пришли; прикажете пустить?
Пелагея Егоровна . Что ж, пусти, пусть попляшут. А вы, девушки, после попоете.
ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
Те же и ряженые: старик с балалайкой или гитарой, вожак с медведем и козой, Егорушка с патокой.
Старик (кланяется). Всей честной беседе поклон.
Вожак . Кланяйся, Мишка.
Медведь кланяется.
Старик . Прикажите попеть, поплясать, позабавить, свои старые косточки поправить.
Пелагея Егоровна . Что ж, ничего, попляшите. Попотчуй их, Аринушка, винцом.
Арина подносит вино; некоторые пьют.
Старик . Благодарим покорно на ласковом слове да на потчеванье. (Запевает.)
Как уж наши молодцы,
Хоть голы, да удалы!
Они сукна ткут
Во двенадцать рук.
Они сукна переткали -
Всем кафтаны першивали.
Нам не дороги кафтаны,
Были б денежки в кармане.
Целковые по мошнам
Не дают спать по ночам;
Медны денежки гремят -
Во кабак идти велят.
Целовальничек Андрей,
Отпирай кабак скорей:
У нас новый кафтан есть,
Мы заложим его здесь,
Не домой же его несть.
(Отходит в сторону.)
Егорушка (пляшет с патокой).
Ах, патока, патка,
Варёная, сладка!
Зима, зимушка-зима
Студена больно была!
Больно вьюжливая
И мятельливая -
Все дорожки замети,
Нельзя к миленькой пройти.
Ах, патока, патка,
Варёная, сладка!
Сидит моя женка,
Ровно перепелка!
Я за то ее люблю,
За то почитаю,
Что чопорно ходит,
Хорошо гуляет.
(Кланяется.)
1-я гостья . Ишь ты какой молодец!… а!
Пелагея Егоровна . Что ж, матушка, по детству, как умеет. Ведь ребенок еще. Поди сюда, Егорушка.
Егорушка подходит.
На тебе пряничка… (Дает.)
Егорушка кланяется и уходит.
Да… ребенок еще, что с него взять-то!
Вожак водит медведя; коза пляшет.
Старик (поет).
Как у нас-то козел
Что за умный был:
Сам и по воду ходил,
Сам и кашу варил -
Деда с бабкой кормил.
Как пошел наш козел,
Он во темный лес,
Как навстречу козлу
Да семь волков:
Как один-то волк,
Он голодный был,
Он три года ходил,
Все козлятинки просил.
Вожак (медведю). Проси вина, поминать козла.
Медведь кланяется.
Пелагея Егоровна . Аринушка, попотчуй ряженых-то.
Арина подносит; они пьют и кланяются.
Вожак . А ну-ка, Мишенька, потешь честных господ. А как красные девицы, молодые молодицы белятся, румянятся, на молодцов поглядывают, женихов выглядывают.
Медведь ломается.
А как старая старушка на работу идет, сгорбимшись, съежимшись, пришибла ее старость, одолела ее древность.
Медведь ломается.
Ну, поклонись теперь честным господам. (Отходят.)
Старик играет на гитаре, прочие ряженые пляшут; все на них смотрят; Гуслин и Митя стоят подле Любови Гордеевны; Митя шепчет ей что-то и целует; Разлюляев подходит.
Разлюляев . Это ты что делаешь?
Митя . А тебе что за дело?
Разлюляев . Вот я Пелагее-то Егоровне скажу, дай срок!
Митя . Ты у меня пикни только!
Гуслин (наступает на него). Ты смотри у меня! Нам ведь вместе идти отсюда: дело-то ночное, а переулок-то у вас глухой, так ты помни это!
Разлюляев . Что вы пристали? К чему? Я жениться хочу на ней, хочу свататься. Что, взяли! Да, женюсь!
Митя . Увидим.
Разлюляев . Так за тебя, что ль, отдадут? Как же, держи карман-то!… А у нас денег много!…
Арина . Ведь ишь ты шум какой!… Перестаньте вы!… Никак, кто-то стучит…
Все прислушиваются.
Так и есть… стучат.
Пелагея Егоровна . Отопри поди.
Арина (уходит, потом возвращается). Сам приехал!
Все встают.
ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ
Те же, Гордей Карпыч и Коршунов.
Гордей Карпыч (к ряженым). Это что за сволочь!… Вон! (К жене.) Жена! Пелагея Егоровна! Принимай гостя. (Тихо.) Зарезала ты меня!
Пелагея Егоровна . Милости просим, Африкан Савич, милости просим.
Коршунов . Здравствуйте, Пелагея Егоровна… Хе, хе, хе… Да у вас веселье! Вот как мы впору попали.
Пелагея Егоровна . А я вот с девушками… Да, я все с девушками. Что ж, Святки; дочку потешить хочется.
Гордей Карпыч . Милости просим, Африкан Савич, без церемонии.
Африкан Савич садится на кресло к столу.
(К жене). Гони девок-то вон!
Коршунов . За что их гнать! Кто ж девушек гонит… Хе, хе, хе… Они попоют, а мы послушаем, да посмотрим на них, да еще денег дадим, а не то что гнать.
Гордей Карпыч . Как тебе угодно, Африкан Савич! Мне только конфузно перед тобою! Но ты не заключай из этого про наше необразование – вот все жена. Никак не могу вбить ей в голову. (К жене.) Сколько раз говорил я тебе: хочешь сделать у себя вечер, позови музыкантов, чтобы это было по всей форме. Кажется, тебе ни в чем отказу нет.
Пелагея Егоровна . Ну уж, куда нам музыкантов… старухам. Это уж вы забавляйтесь.
Гордей Карпыч . Вот какие у них понятия об жизни. Даже, я думаю, тебе смешно слушать.
Пелагея Егоровна . Да что понятия, понятия! Ты бы вот лучше попотчевал гостя. Не угодно ли, Африкан
Савич, винца с нами, со старухами. (Наливает мадеры.)
Гордей Карпыч (строго). Жена! С ума, что ль, сошла в самом деле? Не видывал Африкан Савич твоей мадеры-то! Шампанского вели подать… полдюжины… да проворней. Да вели зажечь свечи в гостиной, что новая небель поставлена. Там совсем другой ефект будет.
Пелагея Егоровна . Сейчас сама все сделаю. (Встает.) Аринушка, пойдем. Извините, соседушки.
1-я гостья . Э, матушка, и мы с тобой пойдем. У; нам и ко дворам пора.
2-я гостья . Пора, пора! Ночи темные, собаки по переулкам лихие.
1-я гостья . Ох, лихи, лихи!…
Раскланиваются и уходят.
ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ
Гордей Карпыч, Коршунов, Любовь Гордеевна, Анна Ивановна, Маша, Лиза, девушки, Митя, Гуслин и Разлюляев.
Коршунов . Пойдем к барышням. Где это ты таких красавиц подобрал… Хе! (Подходит к Любови Гордеевне.) Здравствуйте, Любовь Гордеевна, красавица вы моя!…
Любовь Гордеевна кланяется.
Примите меня в свою компанию.
Любовь Гордеевна . Мы никого от себя не гоним.
Анна Ивановна . Садитесь, так гости будете.
Коршунов . Сухо принимаете старичка. Нынче дни святочные, и поцеловаться, чай, можно.
Анна Ивановна . Зачем эти нежности заводить.
Коршунов . Гордей Карпыч, можно с дочкой поцеловаться? А я, признаться… хе, хе… до этого охотник. Да ведь и кто ж не любит!… Хе, хе…
Гордей Карпыч . Сделай милость, без церемонии.
Коршунов . Поцелуемтесь, барышня.
Любовь Гордеевна . Если тятеньке угодно… (Целуется.)
Коршунов . Ну, да уж со всеми по порядку.
Анна Ивановна . Я, пожалуй! Я не спесива.
Маша . Ах, стыд какой!…
Лиза . Ну уж, нечего сказать, велика приятность!
Гордей Карпыч (подходя к Мите). Ты зачем? Разве здесь твое место? Залетела ворона в высокие хоромы!
Митя, Гуслин и Разлюляев уходят.
ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ
Гордей Карпыч, Коршунов, Любовь Гордеевна, Анна Ивановна, Маша, Лиза и девушки.
Коршунов (садясь подле Любови Гордеевны). Я, Любовь Гордеевна, не в вас: вы меня и поцеловать не хотели, хе, хе, хе! а я вам подарочек принес.
Любовь Гордеевна . Напрасно беспокоились.
Коршунов . Вот я вам бриллиантик привез, хе, хе… (Отдает.)
Любовь Гордеевна . Это серьги. Покорно вас благодарю.
Анна Ивановна . Покажи-ка.
Маша . Но это прелестно!
Лиза . И с большим вкусом!
Коршунов . Дайте мне вашу ручку-то. (Берет и целует.) Я вас ведь очень люблю, хе, хе, хе! очень люблю, а ведь вы меня, чай, не любите, а?
Любовь Гордеевна . За что же мне вас не любить?
Коршунов . За что? Другого любите кого-нибудь, вот за что. А вы меня полюбите, я человек хороший, веселый, хе, хе, хе…
Любовь Гордеевна . Я не знаю, что вы говорите.
Коршунов . Я говорю: полюбите меня. Что ж, я еще не стар… (Смотрит на нее.) Али старенек? хе, хе, хе… Ну что ж, не беда. Зато будете в золоте ходить. У меня ведь денег-то нет, я человек бедный… Так каких-нибудь сот пять тысяч… хе, хе, хе, серебром!… (Берет за руку.)
Любовь Гордеевна (вставая). Не нужно мне ваших денег.
Гордей Карпыч . Любовь, куда ты?
Любовь Гордеевна . Я к маменьке!
Гордей Карпыч . Останься; она сюда придет.
Любовь Гордеевна садится.
Коршунов . Не хотите со стариком-то посидеть. Дайте мне ручку, барышня, я поцелую.
Любовь Гордеевна (дает руку). Ах, Боже мой!
Коршунов . Ручка-то какая! хе, хе, хе… бархатная! (Гладит своей рукой и потом надевает бриллиантовый перстень.)
Любовь Гордеевна (освобождая руку). Ах, оставьте меня, не надо мне, не надо.
Коршунов . Ничего, мне это не убыток, авось не разорит.
Любовь Гордеевна . Да мне-то не надо. Дарите кому хотите. (Снимает и отдает.)
Коршунов . Дают, так назад не берут… хе, хе, хе.
Входят: Пелагея Егоровна, за ней Арина и Егорушка с вином и стаканами.
ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ
Те же и Пелагея Егоровна, Арина и Егорушка.
Гордей Карпыч . Пойдем-ка выпьем.
Коршунов . Ну, Гордей Карпыч, потчуй, а вы, девки, величайте меня. Я почет люблю.
Пелагея Егоровна . Девушки, повеличайте.
Гордей Карпыч (откупоривает, наливает и подносит). Дорогому гостю Африкану Савичу. Кланяйся, жена!
Пелагея Егоровна . Пожалуйте, Африкан Савич, просим покорно!
Коршунов берет.
Гордей Карпыч (берет стакан). Жена, выпей.
Пелагея Егоровна . Ох, не люблю я что-то этого вина-то… ну, да уж выпью стаканчик.
Девушки (запевают).
А кто у нас холост,
А кто неженатый?
Африкан-от холост,
Савич неженатый.
На коня садится,
Под ним конь бодрится;
К лугам подъезжает -
Луга зеленеют,
Цветы расцветают.
Коршунов (садясь подле Любови Гордеевны). Вот это хорошо, это я люблю. Ну-ка, подойди сюда которая-нибудь. (Девушка подходит, он ее треплет по щеке.) Ишь ты, востроглазая какая! Ведь вам, девушкам, чай, много надобно на белила на белые, на румяна на алые… хе, хе, хе… а у меня денег нет, за мной будет… хе, хе, хе… Держи фартук. (Сыплет ей деньги, мелочь; девушка кланяется и уходит.) Ну, что же, Гордей Карпыч, скажи жене-то, зачем мы приехали.
Гордей Карпыч . Я тебе, жена, давно говорил, что мне в здешнем городе жить надоело, потому на каждом шагу здесь можешь ты видеть как есть одно невежество и необразование. Для тово я хочу переехать отселева в Москву. А у нас там будет не чужой человек, – будет зятюшка Африкан Савич.
Пелагея Егоровна . Ах, ах, что вы?
Коршунов . А уж мы, Пелагея Егоровна, по рукам ударили… Что вы так испугались, я ее не съем.
Пелагея Егоровна . Ах, ах, батюшки! (Хватает дочь.) Моя дочь! Не отдам!
Гордей Карпыч . Жена!
Пелагея Егоровна . Батюшка, Гордей Карпыч, не шути над материнским сердцем!… Перестань!… Истомил всю душу.
Гордей Карпыч . Жена, ты меня знаешь!… Ты, Африкан Савич, не беспокойся: у меня сказано – сделано.
Коршунов . Обещал, так держи слово. (Встает, подходит к девушкам и говорит с ними тихо.)
Любовь Гордеевна (подходит к отцу.) Тятенька! Я из твоей воли ни на шаг не выду. Пожалей ты меня, бедную, не губи мою молодость!…
Гордей Карпыч . Ты, дура, сама не понимаешь своего счастья. В Москве будешь по-барски жить, в каретах будешь ездить. Одно дело – ты будешь жить на виду, а не в этакой глуши; а другое дело – я так приказываю.
Любовь Гордеевна . Я приказу твоего не смею ослушаться. Тятенька! (Кланяется в ноги.) Не захоти ты моего несчастья на всю мою жизнь!… Передумай, тятенька!… Что хочешь меня заставь, только не принуждай ты меня против сердца замуж идти за немилого!…
Гордей Карпыч . Я своего слова назад не беру. (Встает.)
Любовь Гордеевна . Твоя воля, батюшка! (Кланяется и отходит к матери.)
Коршунов . Вот и делу конец! Ну-ка, девушки, свадбишную!
Девушки (поют).
Поблекнут все цветики во саду,
Завянут лазоревы в зеленом,
Мой миленький, аленький без меня.
Вставай-ка ты, матушка, раненько,
Поливай все цветики частенько,
Утренней, вечернею зарей,
А еще своей горючею слезой.
Любовь Гордеевна . Не ту, не ту, запойте другую.
Гордей Карпыч . Пойдем, Африкан Савич, в гостиную. Жена! Приходите все туда.
Любовь Гордеевна . Куда мне деваться-то!…
Гордей Карпыч . Арина, перенеси вино.
Арина . Ох, постой, не до тебя. Дитятко ты мое!… Девушки, голубушки, вот какую запоемте. (Запевает.)
Ты родимая моя матушка!
В день денна моя печальница.
В ночь ночная богомольница,
Векова моя сухотница!
Прогляди ты очи ясные,
На свою на дочку глядючи,
На свою на дочь любимую,
Во последний раз, в останешный!
Любовь Гордеевна . В останешний.
В продолжение этой песни Гордей Карпыч и Коршунов уходят; Любовь Гордеевна в объятиях матери; подруги окружают ее.
