Глава III. Похищение
Эдуард был изрядно расстроен тем фактом, что отец с матерью решили взять его с собой в поездку, очевидно, опасаясь, что мальчик что‑нибудь натворит, пока их не будет дома. Поездка оказалась скучной, как и всё, что обычно делают взрослые – за исключением Истребителя Слонов, конечно. Эдуарду понравилось только переправляться через реку. Там он увидел корабль, на котором приплыл господин Смит.
А по возвращении все трое Пальме застали в своей гостиной доктора фон Штеттена, который жадно пил воду из большого стакана. Его одежда оказалась разорванной в нескольких местах, башмаки были в пыли, а парик сбился набок.
– О! А вот и вы, милые соседи! – трагикомически воскликнул доктор. – Можете меня поздравить: я наконец встретился с орангутаном и теперь буду помнить эту встречу до конца жизни! Это не человек и не зверь – это дьявол, который способен летать по воздуху без крыльев! Мы спугнули его с большого дерева в вашем саду и гнали до самого перцового поля, но в самый неожиданный момент он бросился на нас, как молния. Без всякого оружия, кроме ужасных рук и кулаков, он опрокинул всех на землю и мгновенно скрылся.
– Вот как! – воскликнул Ричард. – Я надеюсь, никто не ранен?
– Истребитель Слонов, падая, потерял несколько зубов и сломал свое ружье… Он не простит орангутану этого удара!
– Ну, ружье я ему подарю новое… Что же касается зубов, то вряд ли ему стоит о них печалиться, учитывая их и без того плачевное состояние.
– У одного негра, кажется, рука сломана… Но я его вылечу, – пробормотал фон Штеттен, делая очередной глоток воды.
– А сами вы, милейший доктор, – сказала Елизавета, – вы не пострадали?
– О, ерунда! Разве что из моей шляпы выскочило дно, и очки разбились. По правде говоря, мне кажется, что я не был убит лишь благодаря моему славному зонтику. Он помешал орангутану огреть меня по башке… Вот, полюбуйтесь, что эта обезьяна с ним сделала.
Доктор взял в руки свой зонтик и попытался открыть его, но попытки были тщетны: ручка, материя и спицы – все превратилось в бесформенный комок. При этом фон Штеттен так забавно хмурился, что Ричард и Елизавета не смогли удержаться от улыбки.
– Господин доктор, а орангутан не ранен? – с беспокойством спросил Эдуард.
– Нет, мой дружок! Пули скользят по его коже, как по маслу. Да и движения его так быстры и неожиданны, что даже лучшие стрелки не успевают прицелиться.
В этот момент в саду вновь послышались крики, а затем в гостиную вбежал негр Дарий.
– Что случилось? – быстро спросил его Ричард, раздумывая, как бы поделикатнее спровадить наверх жену и сына, чтобы избавить их от неприятных переживаний.
– Ах, господин! – ответил негр. – Он взят на этот раз!
– Кто взят?
– Он… Человек, который не говорит.
– Неужто? – закричал фон Штеттен. – Вы взяли орангутана живым? Невероятно!
Но это было не совсем так.
Дарий рассказал, что орангутан, ускользнув от охотников в первый раз, направился к лесу. Но в том месте, куда он двигался, между плантациями и большим лесом не было деревьев, так что орангутан вынужден был спуститься на землю и некоторое расстояние пройти пешком. Тут преследователи его и настигли. Торопясь уйти от охотников, он повернул не в ту сторону, что и сыграло решающую роль.
Равнина Нового Дронтгейма простиралась до подножия высоких вулканических гор, и в том месте, куда бросился орангутан, дорогу ему преградили базальтовые глыбы. В середине скалы образовалась впадина с обильным источником, из которого вытекал ручей. Местные называли его Источником Лавы. Он открывал в базальте узкий проход; именно туда и кинулся орангутан. Он, вероятно, надеялся вскарабкаться там до вершины скал, где росли деревья, но это ему не удалось.
Ущелье замыкали гладкие, как мрамор, неприступные стены. Орангутан, оказавшись в западне, хотел тут же выскочить обратно, но было уже поздно. Вся толпа охотников, как злобная стая собак, бросилась ко входу в ущелье, и путь к отступлению обезьяне был отрезан.
Орангутан, глухо ворча, принялся колотить палкой по скалам. А охотники быстро завалили вход в ущелье огромными камнями, оставив только маленькие отверстия для ручья.
Вот так за несколько минут орангутан был заперт, и из этой ловушки его не могла освободить ни удивительная ловкость, ни исключительная сила.
Все это и рассказал Дарий Ричарду Пальме. Еще он попросил выдать новое ружье Истребителю Слонов – без ружья тот чувствовал себя как без рук. Бесстрашный малаец предлагал днем и ночью сторожить Источник Лавы, пока обезьяна не ослабеет от голода – тогда охотники смогут ее взять.
– Ох! – воскликнул доктор фон Штеттен, услышав все эти новости. – Неужели мы сможем схватить живого орангутана?! Да в Европе с ума сойдут, если я пошлю им живую обезьяну! Они же их там никогда не видели…
– На вашем месте я бы на это не надеялся, доктор, – покачал головой Ричард. – Вы же прекрасно знаете, насколько сильны оранги.
– Но теперь он пленник! И потеряет много сил, если не будет есть и спать…
– Как же так? – со слезами на глазах воскликнул Эдуард. – Вы хотите уморить голодом бедного орангутана, который спас меня от тигра?!
Мальчику никто не ответил.
– Дарий, – с беспокойством спросила Елизавета, – орангутан действительно не сможет выбраться из ущелья?
– Да, хозяйка! Ему не убежать, да и охотники стерегут выход. Я взобрался на скалу, чтобы посмотреть на него сверху. Какая у него была смешная морда! Оранг скрипел зубами, он явно хотел разорвать меня… А я хохотал!
Дарий засмеялся и с детской радостью захлопал в ладоши.
– Но разве он не сможет выпрыгнуть наверх? Ведь эти обезьяны очень сильные и ловкие.
– Нет‑нет, хозяйка! – возразил негр. – Там слишком глубоко. Чтобы оранг выбрался оттуда, нужно привязать веревку к дереву на вершине скалы и бросить ее ему… Но кто бросит эту веревку? Точно не я!
«Веревку! – подумал Эдуард. – Бросить веревку… Как просто!»
Взрослые говорили что‑то еще, но мальчик уже не слушал.
Он глубоко задумался о том, как спасти орангутана…
* * *
После обеда Анна и Эдуард пошли в беседку вместе с Марией. Негритянка взяла с собой корзинку с рукодельем – она шила платье ярко‑желтого цвета. Анна с удовольствием помогала ей, а Эдуард мастерил себе новый лук.
Мальчик часто отрывался от своей работы и подбегал к окну, что выходило в сад. Ему все казалось, будто он слышит, как там, возле Источника Лавы, убивают его орангутана…
– Эдуард, ты выучил географию? – спросила Анна, когда мальчик в очередной раз подбежал к окну.
– Конечно.
– Тогда, пока я шью, отвечай урок.
– Но мы не взяли книгу…
– Ничего, я знаю ее наизусть.
Эдуард в задумчивости почесал голову.
– Понимаешь… я выучил… но, кажется, уже успел забыть…
Анна только вздохнула, не отрываясь от своего шитья. Она была нисколько не удивлена.
После минутного молчания Эдуард спросил кузину:
– Ты знаешь, что бедного орангутана хотят уморить голодом? Это так ужасно!
– Ты прав. К тому же этот орангутан спас тебя и Марию. Мне его ужасно жалко!
– Тебе жалко его? – повторил мальчик взволнованно. – Значит, ты не рассердишься, если он убежит из Источника Лавы?
– Я буду очень рада.
Анна говорила так исключительно из чувства сострадания. Она и не подозревала, скольких слез будут стоить ее неосторожные слова…
Услышав это, Эдуард поначалу опустился на стул, но затем вновь вскочил и направился к выходу из беседки.
– Куда ты? – спросила Анна.
– Я… я хочу нарвать тебе цветов.
– Спасибо. У нас в саду очень красивые цветы!
– Есть и покрасивее… Например, у Источника Лавы…
– Не выдумывай, – рассердилась девочка. – Те цветы мне не нужны.
– Ладно, тогда я пойду в сад, – быстро согласился Эдуард и выбежал из беседки.
– Не отходите далеко, пожалуйста, господин Эдуард! – крикнула ему вслед Мария. – Иначе ваш отец рассердится!
– Не буду! – ответил мальчик.
После ухода Эдуарда Анна несколько раз вставала со своего места и подходила к окну, следя за тем, как брат топчется на цветочных грядках. Но через полчаса девочка увлеклась шитьем и думать забыла про Эдуарда.
Прошел час, и Мария, отложив платье, сказала:
– Пора, я думаю, возвращаться в усадьбу на дневной чай. Давайте‑ка позовем господина Эдуарда!
Служанка подошла к окну. На подоконнике она обнаружила красивейший букет, перевязанный травинкой на манер ленточки.
Несколько секунд Мария вглядывалась в сад, который казался совершенно пустым. Потом закричала:
– Господин Эдуард! Идите скорее сюда! Пора пить чай!
Но мальчик, который обычно после этих слов бросал все и мчался на зов – он очень любил сладкое, – не откликался.
– Нужно идти за господином Пальме, – сказала негритянка Анне, тяжело вздохнув. – Я думаю, ваш брат опять задумал какую‑то шалость. И, боюсь, не связана ли она с Источником Лавы…
* * *
Мария, конечно, была права. Эдуард, ловко ускользнув от внимания кузины и служанки, пошел к хижинам рабочих. По пути мальчик размышлял о том, что услышал от Дария: чтобы освободить орангутана, достаточно привязать веревку и спустить ее в ущелье. Где взять эту веревку, как не у рабочих усадьбы?
Эдуард считал, что обязан орангутану жизнью. Отец говорил мальчику, что долги чести нужно платить, и он собирался сделать именно это, освободив обезьяну из каменного плена.
Эдуарду несказанно повезло: оказавшись среди хижин, он сразу заметил моток тонкой, но крепкой веревки, которая валялась на земле среди прочих инструментов. Очевидно, ее оставил кто‑то из рабочих – из одной хижины мальчик слышал приглушенную ругань.
Эдуард осторожно подкрался, схватил веревку и отскочил в сторону, спрятавшись за другую хижину. Он торопливо спрятал свою находку за пазухой и задумался над другой проблемой: как попасть к Источнику Лавы? Любой встреченный по дороге слуга или работник наверняка отведет его обратно в имение, как только поймет, что Эдуарда никто не сопровождает.
Мальчик огляделся и решительно двинулся к хижине Истребителя Слонов. Он знал, что в эти часы там должна находиться его дочь Легкая, а она была единственной, кто стал бы его слушать.
Эдуард не ошибся: Легкая была дома. Напевая, она готовила своему отцу ужин. Тут мальчику повезло во второй раз: как только он подошел к жилищу Истребителя Слонов, его дочь вышла оттуда с корзинкой в руке.
– Здравствуй, Легкая! – воскликнул Эдуард. – Куда ты идешь?
– К Источнику Лавы, – ответила девушка, отводя глаза. Она хорошо относилась к сыну господина Пальме, но не доверяла ему.
– А зачем?
– Несу отцу ужин и хорошую новость. Господин доктор вылечил его петуха.
Дочь Истребителя Слонов хотела идти дальше, но Эдуард схватил ее за юбку.
– Возьми меня с собой к Источнику! Ну пожалуйста! Я так хочу увидеть орангутана!
Легкая внимательно посмотрела на мальчика. Она хорошо знала его неугомонный характер и понимала, что Эдуард наверняка задумал какую‑то шалость. Но уж лучше он пойдет к Источнику с ней, чем без нее. Да и у самого Источника полно охотников. Если эти люди сумели загнать орангутана в ловушку, неужто они не сумеют уследить за маленьким мальчиком?
– Хорошо, – неохотно согласилась дочь Истребителя Слонов. – Пойдем.
И она так быстро пошла вперед, что Эдуард еле поспевал за ней.
Он был очень рад: все так удачно складывалось! Мальчик шел за девушкой, беззаботно болтая и задавая ей всевозможные вопросы: что за ужин несет она отцу, как относится к пленению орангутана, не боится ли тигров…
Через четверть часа они пришли к Источнику Лавы. Истребитель Слонов, Дарий и другие охотники караулили скалы, откуда вытекал ручей. Конечно, орангутан не мог перелезть через стены ущелья. Охотники стерегли проход, через который он вошел туда. Проход этот был завален камнями, но вдруг обезьяне придет в голову расшвырять камни, чтобы вырваться на свободу?
Многие охотники считали, что это невозможно, и поэтому очень небрежно несли караул – лежали на траве и играли в разные игры.
Заметив Эдуарда, мужчины удивились, но решили не связываться с сыном хозяина. Только Дарий попытался уговорить мальчика пойти с ним обратно в усадьбу, но Эдуард заупрямился, и негр махнул на него рукой.
– Зачем ты пришел сюда? – спросил Истребитель Слонов. Он взял из рук дочери свой ужин и поманил мальчика за собой.
– Я хотел посмотреть на лесного человека.
Малаец кивнул и указал на одну из скал, на вершине которой росло несколько деревьев и была навалена куча хвороста.
– Оттуда можно посмотреть. Сможешь забраться? Не боишься?
– Нет! – ответил Эдуард решительно, и Истребитель Слонов усмехнулся. Ему нравилась смелость хозяйского сына.
Малаец сел на камень и начал есть свой ужин. Некоторое время мальчик смотрел на него, а потом спросил:
– А лесной человек… он ничего не ел сегодня?
– С тех пор как оказался в ловушке – нет.
– А может, ты дашь ему что‑нибудь?
– Нет. От голода оранг ослабеет, и мы сможем взять его живым.
– Ну а если и голод его не доймет, – Эдуард шмыгнул носом, – что ты тогда сделаешь?
– Тогда я влезу на скалу и расстреляю его отравленными стрелами.
Мальчик чуть не расплакался, но сдержался и продолжил:
– Может, не надо мучить бедного орангутана? Он же спас меня от тигра!
Истребитель слонов покачал головой, не глядя на Эдуарда.
– Ты еще мал и не понимаешь, как он опасен. Оранги должны жить в лесу, а если они начинают шататься по хозяйским садам и убивать честных работников, то дальше будет только хуже.
Эдуард действительно не понимал. Ему было очень жалко орангутана. Он отошел от Истребителя Слонов весь в слезах, но слезы быстро высохли, и мальчик направился к скале.
Никто не обратил на это внимания: Дарий разговаривал с Легкой, Истребитель Слонов ел, а остальные охотники играли, лежа на траве. Эдуард легко взобрался на скалу: к одному из деревьев, растущих на вершине, была прикреплена веревочная лестница.
Со скалы мальчик различил в глубоком ущелье небольшое озеро – тот самый источник, из которого прозрачная вода текла в проход, заваленный камнями. Возле озера сидел орангутан. Он явно пытался освободиться из ловушки – руки у него были все в крови. Но в ту минуту, когда Эдуард увидел его, орангутан сидел неподвижно, как человек, который сознает безнадежность ситуации.
И мальчик окончательно решился. Он вытащил из‑за пазухи спрятанную веревку и начал разматывать ее. Она казалась слишком тонкой, чтобы выдержать вес такой большой обезьяны, но другой у Эдуарда не было.
Мальчик привязал один конец веревки к стволу пальмы, растущей на вершине скалы, а другой конец спустил в ров. И подошел поближе, чтобы посмотреть, к чему привела его затея.
Дальнейшее произошло так быстро, что Эдуард даже не успел испугаться.
Увидев веревку, орангутан выпрямился, схватил ее и в один миг оказался на вершине скалы, рядом с мальчиком. Он издал хриплый ликующий крик, от которого переполошились охотники внизу.
В это мгновение Эдуард вдруг осознал, насколько опасный зверь оказался перед ним. Он хотел бежать, но от страха его ноги подкосились, и он без чувств упал на землю.
Между тем охотники, хватая свои луки и ружья, спешили взобраться на скалу. Но, как они ни торопились, орангутан все же был проворнее. Поняв, что скоро сюда прибудут его враги, он схватил Эдуарда одной рукой, а другой уцепился за ствол дерева и с быстротой молнии достиг его вершины, невзирая на тяжесть ноши.
Охотники остолбенели от ужаса. Истребитель Слонов приказал не стрелять, чтобы не задеть единственного сына Ричарда Пальме, а Эдуард, придя в себя от мгновенного подъема на дерево, начал истошно кричать. Охотники стали стрелять по соседним деревьям, стремясь испугать орангутана и заставить его выронить добычу, но зверь и не думал выпускать мальчика из рук. Обняв его покрепче, он ловко перепрыгнул на другое дерево, оттуда – на следующее, и так далее, пока не очутился возле леса.
Теперь охотники никак не могли его достать. Даже отчаянные крики Эдуарда уже не доносились до них.
Последний раз орангутана и его несчастного пленника заметили возле вершины старого бавольника, где был убит тигр, но потом они совсем пропали из виду.
Все произошло буквально за считаные минуты. Некоторое время охотники молчали, обескураженные случившимся. А потом Истребитель Слонов что‑то злобно прошипел на своем наречии, гневно сверкая глазами. И мало кто понял, что малаец поклялся вернуть Эдуарда родителям, а заодно и отомстить этой хитрой обезьяне.
* * *
Истребитель Слонов послал троих охотников за Ричардом Пальме, чтобы сообщить ему о происшествии. Малаец собирался идти в лес, за Эдуардом, но был вынужден изменить свое решение: надвигалась буря.
Ветер усиливался, глаза слепил песок, в воздухе кружились сухие листья и солома. Пока еще можно было передвигаться, но через пару часов начнется ураган, и меры по спасению мальчика станут не просто бесполезными, но и опасными.
Ричард, к удивлению Истребителя Слонов, прибежал к Источнику Лавы вместе с Елизаветой, госпожой Сиррей и маленькой Анной. Похоже, колонист был слишком взволнован, чтобы пытаться уговорить женщин остаться в имении.
Когда Эдуард не явился к дневному чаю, Мария подняла тревогу, и мальчика начали искать. Все были уверены в том, что он просто где‑то спрятался и не отвечает на зов – такое случалось и раньше. А потом прибежали охотники и, запинаясь, рассказали, что Эдуарда унес орангутан…
Уже смеркалось, когда Ричард в сопровождении жены, сестры, племянницы и охотников достиг Источника.
– Где мой сын?! – закричал он еще издали. – Где мой мальчик?!
– Господин Эдуард бросил орангутану веревку. Обезьяна вырвалась из плена и унесла мальчика, – повторил Истребитель Слонов сказанное охотниками.
– Надо идти в лес! – воскликнул Ричард, взволнованно заламывая руки. – Надо искать сына… Ты опытный, неустрашимый охотник, Истребитель Слонов! Ты знаешь лес, помоги мне найти Эдуарда!
– Завтра.
– Почему завтра? Почему не сейчас? Быть может, завтра это чудовище задушит моего сына!
– Оранг не убьет Эдуарда, – сказал малаец уверенно. – Люди, которые не говорят, любят детей и очень их жалеют. Хозяин, сейчас в лес ходить не следует.
– Ты думаешь, я побоюсь тигров или других зверей? – воскликнул колонист. – Я должен найти своего сына!
– Истребитель Слонов тоже ничего не боится. Но скоро начнется буря, и ночь надвигается. Будет ничего не слышно и не видно!
– Если будет буря, будут и молнии. Они озаряют лес, как солнце! И мы увидим Эдуарда!
– Хозяин, хозяин, – покачал головой малаец, – не надо беспокоить сегодня орангутана. Он наверняка спрятался совсем близко отсюда, чтобы переждать бурю. Но если ты его потревожишь, он убежит с мальчиком дальше, и мы их больше не увидим!
Это были разумные доводы, но слепое отчаяние и плачущие позади Ричарда жена и племянница мешали ему принять верное решение.
– Нет, я не оставлю моего сына! Я пойду в лес и буду искать Эдуарда, пока не найду, даже если мне придется искать всю ночь!
– Дорогой мой брат! – заговорила вдруг госпожа Сиррей. – Будь благоразумен, не теряй рассудок от постигшего тебя несчастья. Невозможно ничего предпринять сегодня для спасения несчастного Эдуарда. Ричард, прошу тебя, подожди до завтра, если хочешь, чтобы твои поиски увенчались успехом. Идти ночью в лес, заваленный сломанными деревьями, полный топких трясин и диких зверей, – Ричард, это безумие! Кроме того, буря только начинается и ясно, что вскоре она превратится в настоящий ураган. Твоя самоотверженность должна быть рассудительна, только тогда мы можем ожидать положительного результата. Подожди до завтра, Ричард!
– Но завтра будет слишком поздно! – воскликнула Елизавета.
– Ты же слышала, что сказал Истребитель Слонов: орангутан не сделает Эдуарду ничего плохого, и завтра будет больше шансов его найти, если не тревожить сегодня.
– Хорошо! – сказал Ричард. – Тогда отведи домой Елизавету и Анну, прошу тебя. А я пойду в лес искать моего сына!
– Нет, я с тобой, – всхлипнула Елизавета, держась за дерево, чтобы не упасть.
– И я! – закричала Анна.
– Никто не войдет в лес сегодня! – послышался суровый голос из толпы. – Я этого не допущу!
– Майор Грудман? – удивленно произнес Пальме. – Что вы здесь делаете? Я же проводил вас несколько часов назад!
– Я забыл у вас свою трубку, – ответил губернатор, появляясь перед колонистом в компании со взволнованным доктором фон Штеттеном. – Я вернулся, чтобы забрать ее, а когда услышал о случившемся, сразу поспешил сюда. И я повторяю: я никому не позволю войти сегодня в лес!
Ричард, позабыв о своем горе, побагровел от гнева.
– На каком основании, майор Грудман, вы распоряжаетесь мной и моими людьми?
– На основании здравого смысла и человеколюбия, господин Пальме. Я должен помешать этой бесполезной, безумной самоотверженности. И на основании права губернатора, если хотите. Углубляйтесь в эти чащобы завтра, когда буря стихнет, но сейчас опасность слишком очевидна, чтобы я разрешил вам напрасно рисковать вашей жизнью. Я надеюсь, вы прислушаетесь к голосу разума. Вы не только не спасете Эдуарда, но и себя погубите, Пальме!
– Дорогой друг, – вмешался доктор фон Штеттен, – вспомните о ваших близких, о тех, кто рядом… Посмотрите на свою жену, в конце концов!
В этот миг Елизавета, всхлипнув, упала на руки госпожи Сиррей. Не успевшая выздороветь после долгой тяжелой болезни, ощущая бесконечную тревогу за жизнь маленького сына, Елизавета потеряла сознание.
Этот же миг выбрал и ветер, чтобы показать свой истинный характер: налетев на людей, он завыл с ужасающей силой, чуть не бросив всех на колени.
– Сама природа не хочет, чтобы я пошел искать тебя сегодня, мой бедный мальчик, – прошептал Ричард. Он подбежал к Елизавете и взял ее на руки. – Пойдемте скорее в имение, – сказал он взволнованно. – Сейчас действительно начнется ураган… Доктор, прошу: не оставляйте нас теперь… Ваша помощь может понадобиться в любую минуту!
– Конечно, Пальме, – вздохнув, ответил фон Штеттен. – Ваша бедная супруга вовсе не нуждалась в таком потрясении… Но что делать! Идите, я следую за вами.
– В добрый час, – сказал майор Грудман. – Я рад, что вы опомнились, Ричард. Однако окажите мне честь и позвольте сегодня быть вашим гостем. Ваш дом ближе других отсюда, а с этой бурей лучше не шутить…
Пальме кивнул, и все отправились в обратную дорогу.
